Вдохновило сегодня просмотренным и прочувствованным спектаклем «Квартета И» «Разговоры мужчин среднего возраста», недавним обсуждением с Марией Александровной Бургановой о сути искусства вообще и о Малевиче в частности и разговорами на эту тему с отцом. Due to nature of the subject, ниже будет никак не окончательная истина, а лишь мои рассуждения в попытке её достигнуть. ++ Статья и мнения в комментариях к ней — одно целое.

Что есть Искусство? Чтобы именно с большой буквы «И»? Есть ли набор правил и законов, позволяющих определить — вот это Искусство, это уже искусство, это вообще _{искусство}, а это точно не искусство?

Вот например тот же Малевич. С его квадратом, кругом, ещё квадратом, кучей упражнений в начертательной геометрии для 6-10 классов. Он крут в искусстве? Многие (чертовски многие) считают, что да. Многие, что нет. Что его знаменитый «Портрет одного пикселя» (известный в узких кругах как «Чёрный квадрат») вовсе не арт, а просто обычный квадрат.

— Как вы относитесь к «Чёрному квадрату» Малевича?
— Чёрный — говно! А вот красный — да, сила!
(разговор с художественным критиком)

Бурганова сказала тогда, что Малевич а) был уже известен и именит, б) подвёл теоретический базис под свои геометрические упражнения. Квадрат — не просто квадрат, а манифест чего-то там. Вообще концепция очень важна. Чтобы не просто так, а со смыслом. Ну пусть манифест. С моей точки зрения, он тогда должен цениться, как некая археологическая историческая вестчь, а не как произведение искусства. Но сколько я слышал чудесных легенд про этот квадрат! И что углы то у него на самом деле разные, а больший должен быть направлен именно куда-то там по геологическим или геомантическим линиям, и многие несведущие вешают квадрат неправильно и теряют на этом энергию. Или даже вызывают Злые Силы. Злые Слабости на худой конец.

И посерёдке — Предвечное Дао. Имеет ли это смысл? Имеет, если я про него вам расскажу или вы сами догадаетесь. Есть ли он в реальности? А что такое «реальность»?

в действительности всё не так, как на самом деле.

Я не уверен, что Малевич задумывал свой квадрат, как манифест фен-шуя и радость Даниила Андреева. Но люди придумали и для них теперь это правда. От которой есть минимум одна несомненная польза — они чувствуют себя более утончёнными и знающими людьми по сравнению с теми невеждами, которые не соображают, каким углом квадрат вешать. Элитарность стоит того, чтобы попотеть мозгами, выдумывая себе отличия. Как там у Наутилуса? «Я отдал бы немало за пару крыльев, я отдал бы немало за третий глаз, за руку, на которой четырнадцать пальцев, мне нужен для дыхания другой газ!». Некоторые, прошедшие подготовку, углядят в этом страстном желании отличаться некую схожесть с симптомами истерии, но я сейчас не о том.

Цель существования Искусства, чем бы оно ни было, точно не создание элиты. Это by-product.

Не подумайте, что я против Малевича. Я могу осознать ценность и его манифестов (если напрягусь), и важность их для развития направления. Также я сам иногда рисовал простые образы — главным образом для обоев на рабочий стол. И некоторые из них были очень приятны, причём не только мне. Необязательно делать всё сложным, иногда радуют и простые вещи. Мерло то мерло, но и водка бывает к месту. Но Искусство? Посмотрите, что делал Родченко. Например, его знаменитые «заваленные» ракурсы в фотографии. Родченко экспериментировал, и это было здорово. В прошлом году в Манеже была выставка его работ. Некоторые из результатов экспериментов Родченко действительно выдающиеся. А многие — откровенно никакие. Они — манифест, demo. И именно в таком качестве их и следует рассматривать. Кроме того, репортёры после Родченко так часто стали использовать завалы, что это быстро стало штампом.

Может быть искусство — то, что создаётся трудом? Да нет, не надо путать тёплое с мягким. Лошадь на поле вон тоже тяжко трудится. Любопытно, что тяжкость имплицитно лежала в основе многих аргументов против фотографии, как Искусства. Особенно сразу после её зарождения в XIX веке. Художники чувствовали, что это нечестно — Шишкину надо вон сколько трудиться, чтобы лес нарисовать, а пришло какое-то чмо с коробкой, фигакнуло — и вот, даже точнее, чем у Шишкина шишки отображены. Фи, это не Искусство, это ремесло! И стоить должно пропорционально меньше. Деньги — тоже аргумент и всегда были аргументом.

Но ведь это ерунда. Есть художники, которые творили легко (тот же Дали), есть те, которые творили тяжело (не знаю, но уверен, что есть). Есть те, кто рисовал быстро, есть те, кто рисовал медленно. Есть те, кто в итоге творил шедевры и те, кто делал посредственные вещи. Всё, что я перечислил, может существовать в любых сочетаниях. Может быть быстрый хороший художник, может быть медленный плохой. И наоборот, плохой быстрый и хороший медленный. Это не связанные вещи — качество и тяжесть сотворения.

btw Многие фотографии по затратам сил вполне сравнимы с картинами. Например, на нашу последнюю фотку ушло порядка 20 нормочасов. На одну. И коррекций кистью там не меньше, чем самой фотографии. В мире фотографии такое случается довольно часто.

Так что не тяжкий труд, ой не тяжкий труд определяет, искусство это или нет.

Я ранее писал, что хорошей фотографии (за некоторыми исключениями) подписи не нужны. И чем комплексней измышления под фотографией, тем, как правило, менее она ценна. Как говорила Айседора Дункан, «если бы я могла сказать это словами, я бы не танцевала!». Но сейчас я немного изменил своё мнение. Не в сторону пользы описаний, though. Представьте себе, что вы — Малевич. В своей студии, уже знаменитый на весь мир. И вдруг на вас что-то находит, вы хватаете банку с краской и швыряете её на холст. Потом вторую, потом третью. Вы бы и четвёртую швырнули, но под рукой не оказалось. Это немного вас успокоило, вы тяжело дыша стоите и смотрите на три странных подтёка на холсте. И вдруг входит ваш друг, известный художественный критик. Входит и видит это.

«Что новенького… Ох! Вот это да! Нет, ничего не говори, я сам попробую угадать! Это… Так, пятен три, это явно символ. Не четыре, не два, а именно три! Троица? Да, цвета все в тёплой гамме, а холст сам холодный, значит добро и зло. Три — Троица. Один выше, размытый, другой чуть ниже, третий — самый земной, его подтёки касаются низа — Земли. Святая Троица и зло, злой мир. Так, это понял. А почему стекло? Ох, ну и глупый же я! Это же намёк на терновый венец, на Искупление! ГЕНИАЛЬНО!»

И убегает писать статью, а вы не успеваете его остановить. На следующий день вы мрачно читаете его опус, к вам уже просятся журналисты, брать интервью. Сказать им, что просто пар стравливал — неловко. Хотя тоже может прокатить, скандальчик не повредит. Но тогда могут усомниться в остальных картинах, а это уже вредит бизнесу и репутации. Так что, скрепя сердце зубами, вы соглашаетесь. Да, Троица. Да, экспериментирую с новыми формами. Да, углубляю символизм. Да, планирую развивать. Вот только пол подмету.

Через десяток лет «Троица» продаётся за сто миллионов долларов, как основоположник нового вида искусства, как произведение, которое расширило наши горизонты и позволило по новому взглянуть на мир.

Если вы думаете, что это только шутка и что такого и тому подобного никогда и близко не бывает, ну и думайте дальше.

Люди так устроены. Дайте им что угодно, хоть белый шум из ненастроенного телевизора, скажите, что в нём есть смысл — и они его вам найдут. И образы найдут, и символы, и Идею со Сверхидеей.

Из спектакля «Разговоры мужчин». Лёня рассказывал, как посетил выставку одного именитого дядьки. Кажется в Нью-Йорке. Суп он там какой-то нарисовал.

Иду я дальше и вижу — оранжевый параллелепипед. И подпись: «оранжевый параллелепипед». На соседней стене два треугольника — жёлтый и красный. Подпись: «два треугольника, жёлтый и красный». Когда я по центру зала увидел груду железяк, ещё не подойдя к табличке, я уже начал предчувствовать, что я там прочту. Так и есть, «груда железяк». Походил я по залам, и вдруг натыкаюсь на дверь, а перед ней табличка — «туалет не работает». Я остановился и задумался, что бы это значило. Может это тоже часть экспозиции? И тут есть смысл? В любом случае, даже если я зайду туда, то получится, что либо он неисправен, либо я написаю в экспонат. И я пошёл — искать экспонат с табличкой «туалет работает»…

Может быть, сюжет? Ну например, закаты и рассветы низзя, потому что их рисует Бог. Или потому, что штамп. Тогда мы сливаем Айвазовского со товарищи, и ещё много кого. Вообще, а что Бог не рисует? Лес — тоже типа его произведение? Шишикина фтопку! К тому же он фотику не конкурент. По образу и подобию? Портреты запретить! Мусульмане, мы с вами! Так, что у нас в сухом остатке? Только абстракции. Впрочем, они тоже могут быть вдохновлены, ибо Он беспределен. Вот и довели до абсурда. А всё почему? Потому что критерий неприменим. По крайней мере без существенных искусственных ограничений и уточнений, которые непременно разрушат его красоту.

Хорошо, тогда новизна. Закаты нельзя, потому что не ново. Портреты тоже не ново, леса… Так, чувствую, что уже что-то подобное говорил. Ладно, нужна вам новизна, могу спрограммировать хороший генератор случайных чисел. Он будет творить стозначные числа, каждый раз новое — почти наверняка никто таких ещё не творил. Сидеть и наслаждаться, потягивая коктейль. Можно это даже как-то визуализировать, придумать концепцию. «Абсолютная новизна», типа того.

Тоже концепция:

Значит ли это, что Искусства нет? Мне было бы грустно от этого. Есть, я это интуитивно чувствую.

Может ли оно определяться трудом, толкованиями, соответствию каким-то правилам? Нет. Вообще, это порочный путь — рассматривать ценность искусства через способ, каким произведение было сотворено. Художники, которые не признают фотографическое искусство — это я вам!

На фотокритике.ру (где я уже сто лет не был, так как не в силах ждать по пять минут загрузки страницы) была одна полезная фича. Когда вы публикуете фотографию, вы можете попросить не показывать ваше имя в течение кажется 48 часов. Особенно это полезно, когда вы хотите беспристрастную критику и заказываете её. Тогда люди оценивают только то, что видят — без шлейфа метаданных. Это тоже не абсолютный способ — я вижу много упущений и предрассудков, возможных даже в этом случае. Но это уже шаг вперёд.

Люди очень, очень подвержены влиянию авторитета. Посмотрите на мой маленький эксперимент,  на его итог и особенно на флейм, который развернулся после этого. Всё, чтобы любой ценой доказать, что Гуру велик, а тот, кто на него дерзнул — тля. Даже такой эксперимент как посмел проводить. Инициатор флейма меня потом на протяжении нескольких месяцев буквально преследовал, посещая дневник по три-четыре раза на дню (судя по статистике), чтобы найти в чём ещё меня ущучить. Потом куда-то пропал… По крайней мере я хоть кому-то подарил цель, пусть даже ненадолго.

Что в сухом остатке? Получается, что Искусство — то, что большинство тех, кому оно автором предназначено, определяет, как искусство. Если круг узок, то это _{искусство}. Если пошире, то искусство. Если весь мир или изрядная его часть, да ещё и на протяжении большого времени, то Искусство.

Отличительный же признак — независимость от личности сотворившего. Нет, я дружу с реальностью — трудно оценивать того же Пикассо, отбросив все мысли о том, что это Сам Великий Могучий Пикассо. Но есть пропорции — часть эмоций приходится на личность, часть на восприятие самого произведения. И вот эта, последняя часть, должна быть.

Меня очаровали картины Дали, ещё когда я понятия не имел, кто он такой, и вообще, кто автор. Это уже потом я читал его Дневник, его Учебник живописи, читал о его концепциях и ради чего он всё это делал.
В противоположность этому, когда я любовался статуями, сотворёнными Микеланжело, я уже знал, кто он такой. Что наверняка как-то влияло на моё восприятие. Хотя сейчас я готов признать их гениальность, даже если обнаружится, что они созданы другим скульптором.
На самом деле мне и Шишкина картины нравятся. Особенно ранние, когда он старался, выписывал. Ходили на него в Третьяковке, на меня произвело впечатление, хотя раньше, скажу честно, я был предубеждён. Его картины любят масштаб значительно больший, чем конфетные фантики.

Да, есть Идея. И автор что-то вкладывает в своё произведение. С оговорками, сделанными выше. Увидят ли зрители именно это? Можно честно сказать — я задумывал то, а увидели другое, значит я не так воплотил. А можно слукавить, послушать, что говорят, и присоединиться — ну да, я так и хотел. Искусство — первый случай, а не второй.

Всё, что я говорил, очевидно касается не только изобразительного искусства. Какая разница? Музыка, театр, литература, поэзия, скульптура, архитектура… Всё это такое разное и такое похожее на ладонях Искусства…

За окном рассвет, перья синих туч на оранжево-жёлто-синем небе. Градиент. Банально, тривиально, миллион раз снято? Но как красиво и какое щемящее чувство вызывает… Мы — часть этого мира, мы можем сколько угодно декларировать свою независимость, но всё равно мы в нём. Иногда в резонансе, иногда в диссонансе. Кто-то помогает нам звучать гармонично, и это Искусство.

++ Фотосет мнений о современном искусстве.